Два года назад, 13 февраля 2024 года, Апелляционный военный суд ужесточил приговор социологу, публицисту, кандидату политических наук Борису Кагарлицкому. Ученому, которого обвинили в «призывах к терроризму» (в видео на YouTube, посвященном подрыву Крымского моста), заменили прежде назначенный штраф на пять лет колонии общего режима. T-invariant рассказывает, почему одного из самых заметных левых интеллектуалов не оставили на свободе и почему даже аккуратная критика власти в сегодняшней России нередко заканчивается тюремным сроком.
«Итак, я в тюремной больнице. Мне выделили отдельную палату, за окном играет классическая музыка — Моцарт, Чайковский, был даже свадебный марш Мендельсона (впервые прослушал его целиком, обычно звучат только первые несколько тактов, которые и так все знают наизусть). На столе передо мной лежит открытка — гравюра Альбрехта Дюрера “Носорог”. Её я знаю с детства и очень люблю. Кто-то чудесным образом угадал, прислав её мне», — так начинается небольшой рассказ Бориса Кагарлицкого о тюремно-больничном быте.
В тюремной больнице он оказался в ноябре 2025 года, когда стало подводить здоровье. «Он жаловался на давление и проблемы со зрением — мушки перед глазами. И удаленно врачи предполагали, что это не офтальмология, а именно невралгия. В тюремной больнице ему диагностировали катаракту. В этих условиях сделать операцию невозможно, — рассказывает T-invariant Ксения, дочь Кагарлицкого. — Естественно, нахождение в больнице это хорошо, там хотя бы можно лежать днем. И при его состоянии здоровья это лучше, чем в довольно тяжелых тюремных условиях. Мы надеялись что он проведет там несколько месяцев. Но, к сожалению, он был там недолго».
Кагарлицкого выписали перед Новым годом. Он вернулся в ИК-4 (город Торжок Тверской области). В колонии шесть отрядов, включая «пенсионерский» — где содержатся люди постарше. Именно в этом отряде и Борис Кагарлицкий, рассказывает Ксения.
«Он держится молодцом, никогда не унывает. Мне кажется, он поддерживает нас сильнее, чем мы его. У папы неплохие отношения с соузниками (недавно узнала такое слово). И я не знаю, кем надо быть, чтобы иметь плохие отношения с моим папой. Потому что он очень добрый, отзывчивый, всегда помогающий человек. Максимально интеллигентный, никогда в жизни никому грубого слова не скажет. И когда люди с ним общаются, сами начинают чуть-чуть лучше становиться. Ну, мне хочется в это верить», — говорит Ксения Кагарлицкая.
Из России она уехала три года назад и сейчас живет в Черногории. Отца в колонии она не видела. Кагарлицкая занимается правозащитной деятельностью, ведет международный проект «Зона свободы», который собирает деньги на нужды политзаключенных.
«Мы проводим ивенты в разных странах и все собранные средства распределяем семьям политзаключенных. Это и большие фестивали, и лекции. В прошлом году мы провели десять мероприятий и собрали 12 тысяч евро. Деньги политзаключенным очень нужны. А число политзеков постоянно растет», — поясняет Кагарлицкая.
«Будет много смешного»
Впервые о проблемах со здоровьем адвокат Кагарлицкого Юлия Кузнецова сообщила 20 октября 2025 года. Тогда она обратилась к администрации колонии с просьбой о госпитализации ученого. А 1 ноября об ухудшении самочувствия сообщил он сам, через канал «Рабкор». Проблемы возникли с давлением и зрением. Но 8 ноября вместо больницы Кагарлицкий был отправлен на трое суток в штрафной изолятор (ШИЗО). Кагарлицкий позже рассказал своему адвокату, что в ШИЗО его поместили «за беспорядок в тумбочке». Причиной стала табачная крошка, оставшаяся от предыдущего владельца тумбочки (сам Кагарлицкий не курит).
Реальной причиной помещения в ШИЗО могло стать интервью Кагарлицкого, вышедшее 16 октября на каналах «Вестник бури» и «Рабкор», рассказывает T-invariant Юлия Кузнецова. Часть ответов Кагарлицкого была записана по аудиосвязи, но большая часть поступила через письма. Сам политик был «оживлен» с помощью нейросетей — будто он действительно находится в студии. И после интервью начались проблемы.
«Официальной версии мы не знаем. Можем только предполагать, с учетом претензий, которые высказывались Борису Юльевичу сотрудниками колонии. И нам кажется, что причиной помещения в ШИЗО стало как раз это интервью. Любые государственные органы, связанные с уголовным преследованием, будь то суды, следствие и прочие, очень не любят, когда что-либо выходит в YouTube, про человека, находящегося в их лапах. И сначала Борису Юльевичу сделали устное предупреждение по какому-то незначительному поводу — то ли не поздоровался с кем-то, то ли еще что-то. А потом уже его поместили в ШИЗО», — поясняет Кузнецова.
В интервью Кагарлицкий рассказывал, как происходит вербовка в колонии на СВО, а также заявлял о необходимости освобождения политзаключенных. В июле 2025 года Кагарлицкий призвал мировую общественность требовать освобождения всех, кто находится в российских тюрьмах за политические убеждения. По словам Ксении Кагарлицкой, в интервью, оживленном искусственным интеллектом, Кагарлицкий получился таким, будто он на свободе, и, видимо, именно это разозлило руководство колонии.
В этом же интервью Кагарлицкий рассказал, что пишет книгу о жизни в колонии: «У нее даже название есть — “Прогулки с Левиафаном”. Уверяю вас, там будет много смешного. Об этой еще не написанной книге уже и соседи и даже сотрудники знают. Помню, во Ржеве меня вызвал и себе начальник оперативной части и спросил: “Вы правда книгу про тюрьму пишете?” Я говорю: да. Он говорит: а напишите, пожалуйста, про наши проблемы. У нас и с финансированием плохо и ремонт нормально сделать не можем”. Я обещал. Напишу! Конечно, у меня большие планы. И политические. и литературные. Но первым делом всё же нужно заняться восстановлением здоровья. Ничего страшного со мной здесь не произошло, но всё же лагерь — это не курорт».
Взрывное поздравление
Борис Кагарлицкий — социолог и политолог, автор публикаций и исследований о левом движении в России и мире, в прошлом — преподаватель Московской высшей школы социальных и экономических наук (Шанинки). Помимо этого, он — директор Института глобализации и социальных движений и главный редактор левосоциалистического интернет-журнала «Рабкор» и одноименного YouTube-канала.
Главные новости о жизни учёных во время войны, видео и инфографика — в телеграм-канале T-invariant. Подпишитесь, чтобы не пропустить.
18 октября 2022 года на канале появился ролик под названием «Взрывное поздравление кота Мостика, Нервные люди и события, Удары по инфраструктуре». Позже видео было удалено с YouTube, но доступно здесь. Видео было посвящено взрыву на Крымском мосту, случившемуся 8 октября 2022 года, на следующий день после дня рождения президента Путина. В видео Кагарлицкий поставил под сомнение версию ФСБ, согласно которой причиной взрыва стала некая фура со взрывчаткой, зафрахтованная в Одессе. Все инженеры-взрывотехники утверждают, что характер повреждений говорит о том, что взрыв произошел не на мосту, а под мостом, отмечал ученый: «В общем, тут много вопросов, которые, я думаю, никто никогда не будет объяснять, потому что никому это не интересно. В конце концов мост подорвали и подорвали. Важно то, что Крымский мост был символом достижений путинской эпохи, и его символическая ценность, пожалуй, даже больше, чем военно-стратегическая. И надо понимать, что это был самый дорогой и самый охраняемый мост в истории человечества».
Ролик провисел на канале больше девяти месяцев. А 25 июля 2023 года в квартиру к Кагарлицкому в Москве пришли сотрудники ФСБ. Они провели обыск, после которого задержали социолога. Кагарлицкому предъявили обвинение в оправдании терроризма. В этот же день обыск по делу Кагарлицкого прошел и у московского активиста и психолога Александра Арчагова, который также вел стримы на YouTube-канале «Рабкор». А 26 июля обыскали квартиры администратора «Рабкора» Артема Ерофонова в Екатеринбурге и экс-кандидатки в губернаторы Пензенской области Анны Очкиной. В общей сложности обыски прошли у пяти сотрудников «Рабкора». Но уголовное дело появилось только в отношении Кагарлицкого. Возбудило его управление ФСБ России по Республике Коми, Кагарлицкий был этапирован в Сыктывкар.
«По закону, раз дело возбуждено и расследуется в Сыктывкаре, Борис Юльевич Кагарлицкий этапирован и находится там», — отмечал его адвокат Сергей Ерохов. — В своей деятельности профессор никогда не поддерживал и не оправдывал терроризм. Цель всех его выступлений — это попытка показать реальные проблемы, с которыми сталкивается российское государство».
Сам Кагарлицкий комментировал свое задержание так: «Когда критикуешь российскую власть, понимаешь, что ходишь по краю, но я благополучно это делал в течение полутора лет с начала СВО. Очень тщательно соблюдал все ограничения, связанные со статусом иноагента, аккуратно формулировал все свои высказывания. Они были критическими, но в рамках законодательства, на мой взгляд».
Решение сверху
Суд по делу Кагарлицкого также проходил в Сыктывкаре. «Максимально удобно — подальше от Москвы. Добираться долго, либо сутки на поезде, либо самолетом, что достаточно дорого. Трудно группу поддержки обеспечить на суде, даже если он открыт», — объясняет T-invariant сопредседатель профсоюза «Университетская солидарность», историк Павел Кудюкин.
Причиной возбуждения уголовного дела стало название видеоролика, а точнее, даже часть названия: «Взрывное поздравление кота Мостика». К содержанию ролика у следствия претензий не возникло.
«Почти 10 месяцев ролик провисел на канале — и ничего. А потом вдруг к нему прицепились, — рассказывает Ксения Кагарлицкая. — Отец всегда старался идеально формулировать, чтобы нельзя было прицепиться. И название — единственное, что хоть как-то смогли за уши притянуть. Лучше ничего не нашли. Логика примерно такая: поздравление — это что-то хорошее, а взрыв на мосту — терроризм, значит это оправдание терроризма».
Проверить ролик потребовал муниципальный депутат города Ухта (республика Коми) Леонид Красноперов. Он также курирует в городе молодежную политику. На суде он выступал как свидетель обвинения. «Это абсолютно случайный человек. Думаю, его попросили написать донос. Явно не Красноперов это придумал. Все эти доносы пишутся по абсолютно стандартной кальке: кто-то что-то где-то увидел в интернете, страшно возмутился и решил свое возмущение выразить на бумаге. Но на самом деле решение всегда принимается сверху — особенно, если это не случайный человек, а такой человек, как мой отец», — считает Кагарлицкая.
Со стороны обвинения выступили и бывшие сотрудники «Рабкора». «Один из них — человек с хронически провокационным поведением. Он засветился в целом ряде конфликтов, действовал крайне разрушительно, даже “Рабкор” как-то пытался захватить, за что был изгнан. И, видимо, этим определялось то, что он довольно злобно выступал на суде. Другой свидетель выступил нейтрально, ничего отличного от того, что сам Борис давал в своих показаниях, не заявил», — вспоминает Павел Кудюкин.
Сам он выступал свидетелем со стороны защиты. «Оценивать ерническую фразу про взрывное приветствие Кота Мостика как оправдание терроризма — я не знаю, кем нужно быть, — считает Кудюкин. — Какое здесь может быть оправдание терроризма? Это бред. Ну это максимум тянет на не очень удачную шутку. Строго говоря, это не тянет даже на административку. Но, видимо, Борис слишком начал раздражать власть. Думаю, критика войны стала причиной. Причем, Борис это делал достаточно аккуратно, не в лоб, но, тем не менее, позиция была очевидно критическая. При этом у него еще и довольно большая аудитория».
Судебная экспертиза подтвердила, что в названии ролика есть оправдание терроризма. Кудюкин называет экспертизу «откровенной заказухой». Обвинение требовало для Кагарлицкого пять с половиной лет лишения свободы. Тогда же о деле ученого высказался и Владимир Путин. И заявил, что не знаком с делом Кагарлицкого, но «определенное отношение к тем людям, которые наносят нам ущерб внутри страны, должно быть».
Зимние каникулы
12 декабря 2023 года суд оштрафовал ученого на 600 тысяч рублей. Кагарлицкого, проведшего почти пять месяцев в СИЗО, освободили в зале суда. Казалось, это победа. Следующие два месяца своей жизни Кагарлицкий назвал «зимними каникулами». Тогда же друзья предлагали ему уехать из России, но он отказался.
Актуальные видео о науке во время войны, интервью, подкасты и стримы со знаменитыми учёными — на YouTube-канале T-invariant. Станьте нашим подписчиком!
«Я думаю, штраф — это было такое жесткое предупреждение, мол, тебя выпустили из СИЗО, а теперь уезжай, пока не поздно. Более того, ему сразу вернули загранпаспорт. Чисто технически у него были все возможности уехать. Но уговорить его уехать было абсолютно невозможным. Мои жалкие попытки довольно быстро прекратились. Его позиция была такова: если ты политик в России,то должен быть готов сесть в тюрьму за свои взгляды. Или ты просто не политик», — вспоминает Ксения Кагарлицкая.
Штраф Кагарлицкому подписчики «Рабкора» собрали буквально за сутки. И, находясь на свободе, ученый успел оплатить его. Хотя это и было непросто — из-за того, что в августе 2023 года он был внесен в список террористов и экстремистов. «По закону он не может тратить больше 10 тысяч рублей в месяц, а штраф был на 600 тысяч рублей. Как оплатить его, в законе не прописано. И он ездил в главный офис Сбербанка, какие-то заявления писал, очень долго, муторно это все было, но в итоге ему удалось заплатить штраф», — вспоминает Ксения.
Тогда же сторона обвинения обжаловала приговор, назвав его «несправедливым из-за своей чрезмерной мягкости». И 13 февраля 2024 года апелляционный суд приговорил социолога к реальному сроку заключения — пяти годам колонии. Позже кассационный суд оставил приговор в силе, а потом и Верховный суд оставил приговор без изменений.
«По мнению прокуратуры, изначально был слишком мягкий приговор, недостаточно пугающий, потому что все эти приговоры направлены на то, чтобы запугать тех, кто еще не сидит — чтобы не рыпались. А тут вроде штрафом отделался, несерьезно. То, что приговор усилили, было достаточно неожиданно. Хотя, видимо, Борис считал это возможным и на суд приехал с собранной сумкой», — говорит Павел Кудюкин.
Сумму штрафа Кагарлицкому вернули. Но не сразу — по словам Ксении, это потребовало некоторых усилий со стороны семьи. Деньги пошли на адвокатов и отцу в колонию.
Опасный рецидивист
В молодости Борис Кагарлицкий уже бывал в местах лишения свободы. В советские годы он был участником диссидентского движения. И в 1982 году его арестовали по «Делу молодых социалистов» и обвинили в «антисоветской пропаганде». Больше года 24-летний Кагарлицкий провел в «Лефортово».
«Папа — известный рецидивист. Первый раз он просидел 13 месяцев. То есть в современной тюрьме он провел уже больше времени, чем в советской. Но тогда он был значительно моложе. Если говорить о разнице, то в «Лефортово» к нему всегда обращались на вы и по имени-отчеству. Сейчас уже не совсем так. Но все-таки сейчас лучше. Появилось ФСИН-письмо, это качественно меняет условия заключения. Ему пишут очень многие», — говорит Ксения Кагарлицкая.
«28 апреля 1983 года я вместе с другими моими товарищами по группе молодых социалистов был освобождён из Лефортовской тюрьмы. Освободили нас тогда потому, что дело молодых социалистов оказалось для власти крайне скандальным, а тогдашняя российская, то есть советская власть, еще была другим государством, которое заботилось о своей репутации и понимало, что держать нас в тюрьме с репутационной точки зрения крайне вредно для СССР. Поэтому нас в конце концов оставили в покое и выпустили на волю», — рассказывал Кагарлицкий.
Вместе с ним по тому делу проходил и Павел Кудюкин. «У нас уже политзаключенных больше, чем было в позднесоветское время, — отмечает он. — Сроки по статьям существенно больше. Профессионализм оперативников и следователей снижается, спецслужбы затронула общая деградация госаппарата. Сейчас дела сплошь и рядом буквально рисуют, есть грубые провокации. Например, дела “Нового величия”, “Сети”, шитые белыми нитками, с очевидными провокаторами среди участников».
В 1990-е Кагарлицкий был депутатом Моссовета, организатором профсоюзных движений. А в 2000-е участвовал в создании «Левого фронта» и основал исследовательский Институт глобализации и социальных движений. В 2018 году институт был признан иноагентом. Основанием стали совместные проекты с Фондом Розы Люксембург, который финансируется из Германии.
В 2014 году Кагарлицкого критиковали за то, что он поддержал создание так называемых Донецкой и Луганской народных республик и аннексию Крыма. Но спустя два года ученый изменил свое мнение.
«В 2014 году он достаточно нейтрально отнесся к аннексии Крыма и сначала скорее положительно оценивал развитие событий на Донбассе. Думаю, это было связано с некоторыми иллюзиями по поводу того, что там есть некое низовое движение, социально окрашенное, чуть ли не социалистическое. И когда звучат обвинения, что он продался Кремлю, — я не согласен. Думаю, это было вполне искреннее заблуждение. Мы тогда с ним довольно сильно разошлись и некоторое время не общались. Потом к происходящему на Донбассе у него нарастало критическое отношение — когда стало ясно, что все подминается Кремлем, что это сугубо марионеточное образование», — вспоминает Павел Кудюкин.
В 2022 году Кагарлицкий осудил начало полномасштабного вторжения России в Украину. В мае 2022 года его признали иностранным агентом, а спустя три месяца социолога оштрафовали на 10 тысяч рублей за неисполнение обязанностей иноагента.
В январе 2024 года политики и общественные деятели из разных стран подписали петицию с требованием освободить Кагарлицкого и других политических заключенных в России. Петиция опубликована на сайте freeboris и на платформе change.org.
В июне 2024 года Кагарлицкий отказался подписывать прошение о помиловании. «Если бы люди, находящиеся у власти, были готовы меня освободить, они легко и без потери лица могли бы это сделать 5 июня, когда в Верховном Суде рассматривалась моя кассационная жалоба (…) Тем не менее решение было принято в пользу того, чтобы оставить меня за решеткой. Они думают, что вынесли приговор мне, а на самом деле вынесли приговор своей политической и юридической компетентности. Можно ли в такой ситуации рассчитывать, что прошение будет удовлетворено? Для этого нет никаких оснований», — заявил тогда Кагарлицкий.
А позже он попросил не включать его в обменные списки: «Если бы я хотел уехать из страны, я бы сам это сделал. Но я уезжать с родины не собираюсь, и если ради этого надо сидеть в тюрьме — буду сидеть в тюрьме. В конце концов для левого политика или для обществоведа в России тюремное заключение это нормальный профессиональный риск, который надо принять, когда выбираешь данный путь. Как для пожарного или спасателя. Просто часть работы, которую я делал и буду стараться делать максимально добросовестно». Кроме того, Кагарлицкий пообещал подать в суд на любое иностранное государство, если оно согласится на обмен заключенными с Россией, и он окажется в списке против своей воли.