Сергей Абрамов. Записки несумасшедшего

Член-кор­ре­спон­дент РАН, спе­ци­а­лист по супер­ком­пью­те­рам делит­ся сво­им опы­том пре­бы­ва­ния в пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­це, куда его отпра­ви­ла ФСБ РФ. 

От редакции

Сергея Абрамова, веду­ще­го спе­ци­а­ли­ста России по супер­ком­пью­тер­ным систе­мам, чле­на-кор­ре­спон­ден­та РАН, созда­те­ля ряда инно­ва­ци­он­ных ком­па­ний, дол­гое вре­мя руко­во­див­ше­го круп­ным науч­ным инсти­ту­том обви­ни­ли в финан­си­ро­ва­нии экс­тре­мист­ской орга­ни­за­ции. Уголовное дело заве­ли в апре­ле 2023 года. В тече­нии 8 меся­цев в ФСБ так и не смог­ли дока­зать вину и без каких-либо внят­ных осно­ва­ний отпра­ви­ли круп­но­го уче­но­го (66 лет) на ста­ци­о­нар­ную пси­хи­ат­ри­че­скую экс­пер­ти­зу на несколь­ко недель в Ярославскую пси­хи­ат­ри­че­скую больницу. 

Мы можем кон­ста­ти­ро­вать, что прак­ти­ка кара­тель­ной пси­хи­ат­рии по отно­ше­нию к бес­ко­рыст­ным обще­ствен­ным дея­те­лям, кото­рых сило­ви­ки не могут обви­нить в праг­ма­ти­че­ских дей­стви­ях в инте­ре­сах лич­ной выго­ды, окон­ча­тель­но вер­ну­лась из позд­не­со­вет­ско­го «дис­си­дент­ско­го» прошлого. 

В октяб­ре это­го года про­ку­рор попро­си­ла назна­чить пси­хи­ат­ри­че­скую экс­пер­ти­зу сопред­се­да­те­лю «Мемориала» Олегу Орлову из-за его «обострен­но­го чув­ства спра­вед­ли­во­сти и пол­но­го отсут­ствия инстинк­та само­со­хра­не­ния». В нашем мате­ри­а­ле мы при­во­ди­ли и дру­гие при­ме­ры при­ме­не­ния пси­хи­ат­рии с целью запу­ги­ва­ния или сотруд­ни­че­ства со следствием. 

Сергею Абрамову повез­ло, его выпу­сти­ли из пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­цы перед Новым годом, и на январ­ских кани­ку­лах он оста­вил подроб­ные вос­по­ми­на­ния о сво­ем пре­бы­ва­нии в боль­ни­це. Редакция T-invariant счи­та­ет, что это не толь­ко инте­рес­ный при­мер авто­фик­ше­на, кото­рый будет любо­пы­тен нашим чита­те­лям, но и полез­ный мате­ри­ал, кото­рый смо­жет под­го­то­вить к опы­ту нахож­де­ния в пси­хи­ат­ри­че­ской лечеб­ни­це и дру­гих рос­си­ян «с обострен­ным чув­ством справедливости».

T-invariant пуб­ли­ку­ет вос­по­ми­на­ния Сергея Абрамова без редак­ци­он­ных правок. 

Читайте также

Сергей Абрамов: «Боюсь, что Россия стре­ля­ет себе не в ногу, а в голову»

1   Предыстория

Вначале мне была назна­че­на амбу­ла­тор­ная судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ская экс­пер­ти­за. В целом зада­чей экс­пер­ти­зы было понять мою вме­ня­е­мость, насколь­ко я осо­знаю то, что я делаю, насколь­ко я пони­маю воз­мож­ные послед­ствия моей дея­тель­но­сти. Без это­го невоз­мож­но чело­ве­ка пре­да­вать суду: если он невме­ня­ем, то его судить нельзя.

Мы с женой само­сто­я­тель­но при­е­ха­ли в назна­чен­ное место и 45 минут экс­пер­ты со мной бесе­до­ва­ли. Позже (когда меня озна­ко­ми­ли с заклю­че­ни­ем экс­пер­ти­зы) ока­за­лось, что почти за час экс­пер­ты не смог­ли отве­тить на эти вопро­сы. Решение экс­пер­тов было такое: слу­чай здесь слож­ный и необ­хо­ди­мо про­ве­сти ста­ци­о­нар­ную судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­скую экс­пер­ти­зу: поме­стить меня в ста­ци­о­нар и там разбираться.

Соответственно, 30 нояб­ря был суд, кото­рый удо­вле­тво­рил хода­тай­ство сле­до­ва­те­ля о поме­ще­нии меня в ста­ци­о­нар Ярославской област­ной пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­цы (ЯОПБ). Конечно, я был про­тив это­го. Действительно, вся ситу­а­ция выгля­дит стран­но и удивительно:

  • мне дове­ря­ют 19 лет воз­глав­лять круп­ный ака­де­ми­че­ский инсти­тут-лидер (инсти­тут 1-й кате­го­рии), где в кас­су ходят 250 чело­век посто­ян­но­го соста­ва и часто еще 250 иссле­до­ва­те­лей на вре­мен­ных кон­трак­тах, где испол­ня­ют­ся круп­ные про­ек­ты боль­шой важности;
  • в тече­ние 14 лет по сов­ме­сти­тель­ству мне дове­ря­ют руко­вод­ство ВУЗом;
  • в тече­ние 20 лет я руко­во­жу ком­па­ни­ей-опе­ра­то­ром связи;
  • меня при­гла­ша­ют экс­пер­том в экс­перт­ные и рабо­чие груп­пы по важ­ным тема­ти­кам: груп­пы при Министерстве обо­ро­ны, при Госдуме, при Правительстве, в Сколково и т.п.;
  • нако­нец, я совсем недав­но по кон­кур­су ста­нов­люсь по сов­ме­сти­тель­ству про­фес­со­ром по кафед­ре ЯрГУ им. П.Г.Демидова и про­хо­жу в Ярославле про­фосмотр для допус­ка к пре­по­да­ва­нию, что вклю­ча­ет нар­ко­ло­га и психиатра…

Так вот, во всех этих слу­ча­ях как-то не сто­ял вопрос о моей вме­ня­е­мо­сти, спо­соб­но­сти при­ни­мать осо­знан­ные реше­ния, оце­ни­вать послед­ствия и отве­чать за них. При этом амбу­ла­тор­но за 45 минут това­ри­щи не смог­ли разо­брать­ся… Все это стран­но, я гово­рил суду, что «давай­те я при­еду еще раз, два, три — если им не хва­ти­ло 45 минут. Приеду сколь­ко надо раз. Пускай раз­би­ра­ют­ся. Зачем меня укла­ды­вать в ста­ци­о­нар, выби­вать из жиз­ни на боль­шое коли­че­ство дней? Не вижу ника­ко­го смыс­ла с точ­ки зре­ния про­ве­де­ния след­ствен­ных мероприятий».

Тем не менее суд 30.11.2023 отверг мои дово­ды и дово­ды мое­го адво­ка­та и удо­вле­тво­рил хода­тай­ство сле­до­ва­те­ля о поме­ще­нии меня в ста­ци­о­нар ЯОПБ. У меня под­пис­ка о невы­ез­де и над­ле­жа­щем пове­де­нии. Последние два сло­ва озна­ча­ют, что я не дол­жен пре­пят­ство­вать след­ствен­ным дей­стви­ям. И я ска­зал: «Да, хоро­шо, я при­еду в стационар».

Дальше дело сло­жи­лось так, что я забо­лел кови­дом. Поэтому в поне­дель­ник 04.12.2023 при­е­хать в ЯОПБ не полу­чи­лось. Прошли стан­дарт­ные 2 неде­ли болез­ни кови­дом, и толь­ко 18.12.2023 стар­ший сын меня при­вез на авто­мо­би­ле в ста­ци­о­нар. Срок ста­ци­о­нар­ной экс­пер­ти­зы — до 30 дней с воз­мож­но­стью про­дле­ния еще пару раз на допол­ни­тель­ные сро­ки, все­го в сово­куп­но­сти до 90 дней. Мне силь­но повез­ло. Уложились в 12 дней. И 29.12.2023 млад­ший сын меня забрал из ста­ци­о­на­ра и отвез домой.

Регламент про­ве­де­ния раз­лич­ных видов судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ских экс­пер­тиз мож­но посмот­реть в «Российской Газете» от 17.03.2017

Дальше рас­ска­жу основ­ные впе­чат­ле­ния от это­го жиз­нен­но­го опыта.

2   Впечатления об инфраструктуре ЯОПБ

Здание очень забро­шен­ное, тре­бу­ет серьез­но­го ремон­та. В целом, все вполне себе отра­жа­ет общее состо­я­ние нашей недо­фи­нан­си­ро­ван­ной меди­ци­ны. На мой вкус, не долж­ны быть в таком состо­я­нии в такой бога­той стране, как Россия, такие област­ные цен­траль­ные боль­ни­цы. Это ужасно.

При том вид­но, что сами построй­ки — древ­не­го года созда­ния, кир­пич­ные, ста­рой клад­ки, как пра­ви­ло, двух­этаж­ные — в целом креп­кие, про­сто их надо при­ве­сти в поря­док: отре­мон­ти­ро­вать фаса­ды и сте­ны внут­ри. Сегодня все сте­ны (сна­ру­жи и внут­ри) — облуп­лен­ные, облез­шая крас­ка и осы­па­ю­ща­я­ся шту­ка­тур­ка не раду­ют взор. Люди рабо­та­ют или лечат­ся в таких мало­при­ят­ных усло­ви­ях. Мое мне­ние: такой внеш­ний и внут­рен­ний вид зда­ния не может по-доб­ро­му воз­дей­ство­вать на пси­хи­ку всех, кто там нахо­дит­ся — я имею в виду и пер­со­нал, и постояльцев.

3   Специфика третьего отделения ЯОПБ

Стационарными судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ски­ми экс­пер­ти­за­ми в ЯОПБ зани­ма­ет­ся тре­тье отде­ле­ние. Я был толь­ко в нем и судить могу толь­ко о нем.

Так вот, тре­тье отде­ле­ние ЯОПБ — это режим­ный объ­ект, как мно­го­крат­но мне пояс­нял пер­со­нал. Сюда поме­ща­ют людей, у кото­рых может быть раз­ный «кри­ми­наль­ный ста­тус», если угод­но. Это могут быть подо­зре­ва­е­мые, обви­ня­е­мые или даже осуж­ден­ные (для послед­них может ока­зать­ся так, что тре­бу­ет­ся уточ­нить какие-то нюан­сы про их пси­хи­ку). Соответственно, у раз­ме­щен­ных (тер­мин «паци­ен­ты» исполь­зо­вать кажет­ся не кор­рект­ным, буду гово­рить «посто­яль­цы») могут быть самые раз­ные меры пре­се­че­ния: содер­жа­ние под стра­жей, домаш­ний арест, вся­кие огра­ни­че­ния — и до самой сла­бой меры — до под­пис­ки о невы­ез­де, как у меня.

То есть, кто-то из посто­яль­цев (как я) сам при­ез­жа­ет в ста­ци­о­нар и сам уез­жа­ет по завер­ше­нии экс­пер­ти­зы. А кто-то из посто­яль­цев все эти пере­ме­ще­ния дела­ет с сотруд­ни­ка­ми ФСИН России и на их транс­пор­те. Кто-то из посто­яль­цев может поль­зо­вать­ся теле­фо­ном и дру­ги­ми сред­ства­ми свя­зи, а дру­гие — нет.

Так вот, тре­тье отде­ле­ние долж­но обес­пе­чить соот­вет­ству­ю­щие усло­вия для содер­жа­ния столь раз­ных посто­яль­цев. И это зна­чит, что оди­на­ко­вые для всех усло­вия будут по мак­си­му­му жестоки.

Ярославская област­ная пси­хи­ат­ри­че­ская боль­ни­ца. «Дороги России»

3.1        Изоляция

В отде­ле­нии обес­пе­че­на пол­ная изо­ля­ция. Третье отде­ле­ние — это неболь­шое внут­рен­нее поме­ще­ние, кото­рое пол­но­стью изо­ли­ро­ва­но. Замкнутое поме­ще­ние, огра­ни­чен­ное сте­на­ми, окна­ми с решет­ка­ми и желез­ны­ми две­ря­ми, кото­рые нахо­дят­ся посто­ян­но под замком.

В неко­то­ром смыс­ле, это СИЗО, но очень боль­шое. Не малень­кая двух­мест­ная клет­ка ≈3×5 мет­ров, где я был 11 и 12 апре­ля 2023, а клет­ка поболь­ше, кото­рая вклю­ча­ла боль­шой холл (≈17×8 мет­ров), муж­скую пала­ту на 12 коек и жен­скую пала­ту на 10 коек (каж­дая пала­та ≈6×8 мет­ров). В пала­тах кро­ва­ти и тум­боч­ки. В хол­ле лав­ки (без спи­нок), теле­ви­зор, часы, вход в туа­лет (там и поку­рить доз­во­ле­но) и в душевую.

Это про­стран­ство с желез­ны­ми две­ря­ми, кото­рые все­гда запер­ты на ключ. Без при­гла­ше­ния и сопро­вож­де­ния посто­яль­цы поки­дать это про­стран­ство не могут.

Если срав­ни­вать, то даже по отно­ше­нию к СИЗО режим в тре­тьем отде­ле­нии в чем-то был более стро­гим. Например, в Ярославском СИЗО каж­дое утро спра­ши­ва­ли, не надо ли тебе при­нять душ и не хочет­ся ли тебе погу­лять . Ты мог зака­зать одну или даже обе из этих опций, и в тече­ние дня тебя при­гла­ша­ли на про­гул­ку или в душевую. 

В тре­тьем отде­ле­нии ЯОПБ про­гул­ки на све­жем воз­ду­хе невоз­мож­ны вооб­ще, и весь срок про­ве­де­ния экс­пер­ти­зы ты дол­жен нахо­дить­ся вза­пер­ти. А душ орга­ни­зу­ют раз в неделю. 

Однако, все­гда мож­но было в туа­ле­те умыть­ся, рако­ви­ны были со сме­си­те­ля­ми с горя­чей и холод­ной водой, и если немнож­ко исхит­рить­ся, то мож­но было здесь и голо­ву помыть, и торс, и дру­гие части тела про­те­реть мыль­ной губ­кой. Не очень удоб­но, но мож­но. Терпимо. И одеж­ду мож­но было пости­рать, а в хол­ле были сушил­ки. Они пред­став­ля­ли собой две чугун­ные бата­реи в нише, одна бата­рея над дру­гой. И все это при­кры­то дере­вян­ной двер­цей из рееч­ной решетки.

Еще ряд вещей бро­са­лись в гла­за, что для меня было необыч­но, ярко, инте­рес­но, дава­ло осо­бый жиз­нен­ный опыт. Ведь, по сути, это была боль­ни­ца, но она отли­ча­лась от полу­дю­жи­ны дру­гих боль­ниц, в кото­рых я побы­вал в послед­ние пяток лет.

3.2        Одежда и вещи

В тре­тье отде­ле­ние ЯОПБ не надо брать с собой те вещи, кото­рые обыч­но мы берем в больницу.

Во-пер­вых, тебя здесь обя­за­тель­но пере­оде­ва­ют в мест­ную одеж­ду. Это то, что назы­ва­ет­ся «испод­нее белье», такое зна­ко­мое нам из филь­мов про крас­но­ар­мей­цев. Белые хлоп­ча­то­бу­маж­ные порт­ки и такая же белая хлоп­ча­то­бу­маж­ная натель­ная руба­ха. Поверх это­го брю­ки и курт­ка — пижа­ма с рука­ва­ми в ¾ дли­ны (кажет­ся, из фла­не­ли или фли­са, не раз­би­ра­юсь). Вы такое виде­ли в филь­ме «Кавказская плен­ни­ца», тот момент, когда Шурик попа­да­ет в пси­хи­ат­ри­че­скую боль­ни­цу, он в подоб­ной пижа­ме там и ходит. Правда, в филь­ме мы видим про­гул­ки на све­жем воз­ду­хе. Нет, про­гу­лок на све­жем воз­ду­хе не может быть в тре­тьем отде­ле­нии по поло­же­нию. И это не жало­ба на пер­со­нал, не жало­ба на ЯОПБ. Это дан­ность: как я пони­маю, такой поря­док про­ве­де­ния ста­ци­о­нар­ной экс­пер­ти­зы в России.

Из вашей соб­ствен­ной одеж­ды и обу­ви без­услов­но мож­но иметь лишь тапоч­ки, белье и нос­ки, и то в огра­ни­чен­ном коли­че­стве, что­бы вы их сами мог­ли пости­рать. Все осталь­ное не явля­ет­ся необ­хо­ди­мым и, в общем-то, пер­со­нал ста­ра­ет­ся не про­пус­кать лиш­нее в отде­ле­ние, а сда­вать на веще­вой склад при­ем­но­го отде­ле­ния. Что-то из допол­ни­тель­ной одеж­ды я отсто­ял, что мне точ­но было нуж­но. Но, напри­мер, натель­ный крест, часы брать с собой в пала­ту нельзя.

Конечно, в пала­ту мож­но взять мыло, шам­пунь, зуб­ную щет­ку, туа­лет­ную бума­гу; куре­во (но не спи­чи и не зажи­гал­ку); кни­ги, руч­ки, каран­да­ши и бума­гу для пись­ма; чай­ные паке­ти­ки и раз­ре­шен­ные про­дук­ты пита­ния (напри­мер, что-то к чаю).

Если вы при­бы­ли без каких-то нуж­ных вещей, то мно­гое из назван­но­го вам здесь могут выдать — как мини­мум тап­ки, мыло и т.п.

3.3        Ценные вещи и вещевой склад

При поступ­ле­нии все ваши вещи, кото­рые недо­пу­сти­мо брать с собой в отде­ле­ние, делят­ся на две кучки:

  • цен­ные вещи снаб­жа­ют­ся опи­сью и хра­нят­ся у пер­со­на­ла в сей­фе в тре­тьем отделении;
  • нецен­ные вещи: одеж­да и обувь, в кото­рой вы при­е­ха­ли, сум­ка и т. п. — упа­ко­вы­ва­ют­ся и с бир­кой отправ­ля­ют­ся на веще­вой склад до момен­та «выпис­ки».

У меня в цен­ные вещи попа­ли теле­фон и план­шет, фона­рик и запас бата­ре­ек (стан­дарт­но беру в боль­нич­ки для пере­ме­ще­ния в тем­но­те; в тре­тьем отде­ле­нии ЯОПБ ока­за­лось лиш­ним — тем­но­ты там не быва­ет), удли­ни­тель, заряд­ное устрой­ство и про­во­да к нему, натель­ный кре­стик с цепоч­кой, рас­тво­ри­мый кофе (из-за стек­лян­ной бан­ки? Или кофе может воз­бу­дить без меры? — не понял).

Из одеж­ды с собой мне раз­ре­ши­ли взять немно­го теп­лых вещей (не замер­зал, не пона­до­би­лись), толь­ко трое тру­сов, три носо­вых плат­ка: «будет надо — пости­ра­ешь», а я и не про­тив! Остальное пошло на веще­вой склад. Как и соб­ствен­ная метал­ли­че­ская круж­ка и лож­ка (опас­ные, что ли?): в тре­тьем отде­ле­нии выда­ют пла­сти­ко­вую кружку.

То, что мно­гие вещи запре­ще­ны, встре­тил с пони­ма­ни­ем и без раз­дра­же­ния. Это все тре­бо­ва­ние режи­ма, тут так заве­де­но по каким-то при­чи­нам. В чужой мона­стырь со сво­им уста­вом не лезу.

3.4        Жесткий распорядок дня

Бросается в гла­за абсо­лют­но жест­кий рас­по­ря­док дня.

В 6 утра будет влаж­ная убор­ка: каж­дая тум­боч­ка будет про­ти­рать­ся, пол будет мыть­ся. Можно про­дол­жать спать, свет поту­шен. В воду, конеч­но, добав­ле­на хлор­ка, и ты сквозь сон это непре­мен­но почувствуешь.

В 7 утра при­дет сест­рич­ка, кото­рая поме­ря­ет (тем, кому надо), дав­ле­ние и тем­пе­ра­ту­ру. Мне изме­ря­ли дав­ле­ние, посколь­ку оно в боль­ни­це ста­ло явно повы­шен­ным (эффект изо­ля­ции? отсут­ствие про­гу­лок?). Можно про­дол­жать спать, свет потушен.

В 8 утра будет зажжен пол­ный свет: яркие све­тиль­ни­ки в пала­тах и хол­ле. Яркий свет гасят толь­ко на вре­мя сна: с 14:00 до 16:00 (тихий час) и с 22:00 до 8:00 (ноч­ной сон). Если яркий свет пога­шен, то оста­ют­ся гореть неболь­шие све­тиль­ни­ки, кото­рые немно­го осве­ща­ют и пала­ты, и холл — све­та хва­та­ет для пере­ме­ще­ния, наблю­де­ния, мытья полов, изме­ре­ния дав­ле­ния и т.п.

В 9 утра (при­мер­но) в сто­ло­вой накры­ва­ет­ся зав­трак, и всех посто­яль­цев зовут (и про­во­дят) на зав­трак. Столовая — смеж­ное с хол­лом поме­ще­ние, отде­ле­но желез­ной дверью.

Около 11-12 часов обход док­то­ра­ми всех посто­яль­цев. А до это­го момен­та вре­ме­ни (с 9 до обхо­да вра­чей) могут быть раз­ные иссле­до­ва­ния: энце­фа­ло­грам­ма (ЭЦГ), ЭКГ, рент­ген чере­па, встре­чи со спе­ци­а­ли­ста­ми: оку­ли­стом, тера­пев­том, пси­хо­ло­гом — нако­нец, собе­се­до­ва­ние с пси­хи­ат­ра­ми-экс­пер­та­ми (с комис­си­ей). На иссле­до­ва­ния про­хо­дишь в сопро­вож­де­нии и под присмотром.

В 13 часов (при­мер­но) обед в сто­ло­вой — все долж­ны про­сле­до­вать и поку­шать под присмотром.

С 14:00 до 16:00 — тихий час, его соблю­да­ют в обя­за­тель­ном поряд­ке. То есть ты дол­жен нахо­дить­ся в пала­те, а не в хол­ле, жела­тель­но, в посте­ли и не мешать дру­гим, кто, воз­мож­но, захо­чет спать.

В 18 часов (при­мер­но) ужин в сто­ло­вой — все долж­ны про­сле­до­вать и поку­шать под присмотром.

В 22:00 — отбой. Выключается теле­ви­зор, гасит­ся яркий свет. Остаются толь­ко ноч­ные светильники.

3.5        Перекусы

Кроме ука­зан­но­го, в тече­ние дня четы­ре раза устра­и­ва­ет­ся пере­кус: в 11:00, 16:00 и 19:00 в холл при­но­сят чай­ник с кипят­ком — мож­но взять соб­ствен­ный чай­ный паке­тик и зава­рить чай в выдан­ной пла­сти­ко­вой круж­ке. Кроме того, в 16:00 кро­ме кипят­ка дадут два пече­нья и два ябло­ка. А в 20:00 будет пред­ло­же­но налить в круж­ку кефир.

Ярославская област­ная пси­хи­ат­ри­че­ская боль­ни­ца. «Дороги России»

3.6        Заполнение свободного времени

Ясно, что было доста­точ­но мно­го вре­ме­ни, кото­рое непо­нят­но как запол­нять. Прогулки на ули­це невоз­мож­ны, а в самом поме­ще­нии я нашел тра­ек­то­рию дли­ной поряд­ка 17 мет­ров. Примерно 30 шагов в одну сто­ро­ну, 30 шагов обрат­но. Для того что­бы наха­жи­вать там 10 000 шагов в день, надо было 170 раз прой­ти туда-обрат­но по этой тра­ек­то­рии. Я абсо­лют­но уве­рен, что надо­ел и пер­со­на­лу, и дру­гим посто­яль­цам, ну, что поде­лать, дру­гих воз­мож­но­стей хоть как-то под­дер­жи­вать нор­маль­ную фор­му не было.

Из раз­вле­че­ний (не для меня) был теле­ви­зор. С 09:00 до 22:00 мож­но вклю­чить и выбрать канал. Еще мож­но читать книж­ки. Из-за про­блем со зре­ни­ем мне читать не очень удоб­но. Я попро­сил — и док­то­ра пошли мне навстре­чу: выда­вать на день мне мой самый про­стой аудио­пле­ер с науш­ни­ка­ми, на кото­ром была бога­тая кол­лек­ция аудиок­ниг. Вот я их и слу­шал, нама­ты­вая 10,000 шагов или во вре­мя тихо­го часа.

3.7        Непрерывный надзор

Следующая осо­бен­ность, кото­рая отли­ча­ет дан­ное под­раз­де­ле­ние (не знаю, как в дру­гих под­раз­де­ле­ни­ях этой боль­ни­цы), от тех боль­ниц, в кото­рых я в сво­ей жиз­ни бывал, — это то, что ты все­гда нахо­дишь­ся под над­зо­ром. Двери в пала­ты не закры­ва­ют­ся, они рас­пах­ну­ты настежь. Во всех осталь­ных поме­ще­ни­ях (туа­лет, душе­вая) две­ри есть, но без воз­мож­но­сти запе­реть их. В хол­ле все­гда нахо­дят­ся три сотруд­ни­ка (один может отлу­чать­ся, напри­мер, для сопро­вож­де­ния посто­яль­ца). Сотрудники — жен­щи­ны, назо­вем их нянеч­ки,— сле­дят за поряд­ком и за посто­яль­ца­ми. Ты все вре­мя нахо­дишь­ся под над­зо­ром: ночью, утром, днем, когда угодно.

Когда насту­па­ет вре­мя при­е­ма пищи, откры­ва­ет­ся желез­ная дверь в сто­ло­вую, где уже все накры­то. Всех посто­яль­цев насто­я­тель­но при­гла­ша­ют прой­ти в сто­ло­вую. При этом сле­ду­ю­щая дверь уже бло­ки­ро­ва­на дву­мя нянеч­ка­ми. Третья нянеч­ка сле­дит, что­бы все про­шли в сто­ло­вую из палат или холла.

В сто­ло­вой поку­ша­ли? — Надо вер­нуть­ся назад в обыч­ную зону, кото­рая будет опять запер­та (холл и палаты).

Опять, это тре­бо­ва­ние режи­ма. И я при­нял его с пони­ма­ни­ем и без раз­дра­же­ния. Так как мне нече­го скры­вать от наро­да, меня это никак не раз­дра­жа­ло, я чело­век адаптивный.

3.8        Детали быта

Постель. Койки были доволь­но жест­кие, аске­тич­ные. Панцирные, но сет­ка встро­е­на в кар­кас из труб и, прак­ти­че­ски, не пру­жи­ни­ла. Тонкий мат­рас тол­щи­ной при­мер­но 3 см. В кой­ке сфор­ми­ро­ва­на неглу­бо­кая люль­ка, в кото­рую ты укла­ды­ва­ешь­ся. Простыня, тон­кое оде­яль­це (но мож­но и нуж­но было попро­сить вто­рое), подушка.

Телефонные звон­ки. Постояльцы могут быть с раз­ны­ми мера­ми пре­се­че­ния и кому-то мож­но поль­зо­вать­ся теле­фо­ном, кому-то — нель­зя. В любом слу­чае, если теле­фон у тебя есть, то он нахо­дит­ся сре­ди «цен­ных вещей» в сей­фе пер­со­на­ла и выда­ет­ся «по выдав­ке». Обычно око­ло 10-11 часов зву­чал вопрос: «Кто хочет позво­нить?» Желающие, кому теле­фон был раз­ре­шен, выстра­и­ва­лись в оче­редь. Звонили обыч­но по одно­му, в поме­ще­нии сто­ло­вой. Можно было сде­лать 1-2 звон­ка, пони­мая, что за тобою в оче­ре­ди еще посто­яль­цы. И вот что: в суб­бо­ту и вос­кре­се­нье теле­фо­ны недо­ступ­ны. Думаю, и во все ново­год­ние выход­ные. Об этом я зара­нее ниче­го не знал, нико­го не пре­ду­пре­дил, и дома места себе не нахо­ди­ли два выход­ных дня, не полу­чив от меня весточки.

Посещение и пере­дач­ки. Недопустимы ника­кие посе­ще­ния зна­ко­мых или род­ных — в отли­чие от СИЗО, где сви­да­ния раз­ре­ша­ют. Исключение — мож­но хоть еже­днев­но встре­чать­ся с адво­ка­том. Можно пере­да­вать пере­да­чи через спе­ци­аль­ную буд­ку во дво­ре боль­ни­цы в опре­де­лен­ное вре­мя два раза в день по 2 часа. Каждая пере­дан­ная вещь будет вни­ма­тель­но осмат­ри­вать­ся, и если нет запре­щен­но­го, то пере­да­ча дой­дет до чело­ве­ка. Не знаю, отку­да такие уло­же­ния, как сви­да­ние с род­ны­ми, могут повли­ять на резуль­тат пси­хи­ат­ри­че­ской экс­пер­ти­зы? Но, опять, «не лезь со сво­им уста­вом в чужой мона­стырь». Ничего не поде­ла­ешь, как я пони­маю, это не выдум­ки дан­но­го заве­де­ния, это какие-то все­рос­сий­ские нормативы.

3.9        Общение постояльцев

Уж коли мы заго­во­ри­ли про обще­ние, ска­жу, что меж­ду собой посто­яль­цы прак­ти­че­ски не обща­лись. Никаких раз­го­во­ров про то, какая у кого ситу­а­ция, какая ста­тья, за что к тебе при­ста­ли с экс­пер­ти­зой и тому подоб­ное — ниче­го это­го нет. Максимум, раз­го­во­ры на лег­кие темы. Например, «про коше­чек» (там, кста­ти, жила кош­ка Муська, кото­рая пере­ло­ви­ла всех мышей и была все­ми люби­ма). А дру­гая сто­ро­на меда­ли, что сре­ди посто­яль­цев была огром­ная вза­и­мо­вы­руч­ка. Среди нас было два чело­ве­ка из Ярославля, а все осталь­ные ино­го­род­ние. Это озна­ча­ет, что пере­да­чек им ника­ких не было. И кто-то из них достав­лен был без запа­сов чая, сига­рет и т.п. Поэтому помочь ближ­не­му сво­е­му сига­ре­та­ми, если у него кон­чи­лись, или поде­лить­ся чай­ны­ми паке­ти­ка­ми — это само собой разу­ме­ет­ся. Просто, нена­вяз­чи­во, без пафо­са, про­сто вот так люди живут, помо­гая друг дру­гу, не вле­зая в душу с расспросами.

3.10   Курение

Курить мож­но, там есть опре­де­лен­ное вре­мя для куре­ния и место с очень хоро­шей вытяж­кой. Сигареты мож­но при­во­зить с собой, но выда­вать их будут не сра­зу все, а поне­мно­гу. Прикуривать сига­ре­ту мож­но толь­ко у нянеч­ки в хол­ле. При ней все­гда есть зажи­гал­ка, кото­рую не выда­ют на руки постояльцам.

4   Питание постояльцев

Не знаю, как в дру­гих отде­ле­ни­ях, я могу рас­ска­зать толь­ко про пита­ние в тре­тьем отде­ле­нии ЯОПБ. Конечно, в сво­их поезд­ках по раз­ным стра­нам про­бо­вал вся­кую еду, в том чис­ле высо­кую кух­ню и раз­ные изыс­ки. Но я очень не капри­зен в еде, могу есть почти все, что съе­доб­но. И по моей субъ­ек­тив­ной оцен­ке пита­ние в тре­тьем под­раз­де­ле­нии ЯОПБ постав­ле­но на очень достой­ный уро­вень. На мой взгляд, меню на неде­лю име­ло доста­точ­ную пище­вую цен­ность, разнообразие. 

Было мясо, пти­ца, печён­ка, рыба, ово­щи, фрук­ты (каж­дый день дава­ли по 2 ябло­ка), кефир каж­дый день, хлеб достой­но­го каче­ства, мас­ло и сыр каж­дое утро. Разнообразие: каж­дый день неде­ли раз­лич­ные каши на зав­трак, раз­лич­ные супы и раз­лич­ные вто­рые блю­да на обед, раз­лич­ные ужи­ны. Порции огром­ные, я там был един­ствен­ным посто­яль­цем, кто съе­дал всё. 

Я так при­учен, я непри­тя­за­те­лен в еде и мне все каза­лось вкус­ным, реаль­но вкус­ным и достой­ным. Я с удо­воль­стви­ем ел эту еду. Единственное, в чем я себя огра­ни­чил, — это хлеб. Съедал утром бутер­брод с мас­лом и сыром, на обед один кусок чер­но­го — и все.

За счет того, что я делал каж­дый день 10 000 шагов и полу­чал, на мой взгляд, достой­ный пол­но­цен­ный раз­но­об­раз­ный раци­он, я за эти 12 дней, что нахо­дил­ся в боль­нич­ке, сохра­нил свой вес и даже немно­го сбро­сил заве­до­мо лиш­нее — при­мер­но 3 килограмма.

5   Персонал

Отдельно обя­зан ска­зать про пер­со­нал тре­тье­го отде­ле­ния ЯОПБ. С нами рабо­та­ло боль­шое коли­че­ство людей. Сутки через трое рабо­та­ла сме­на из 5 чело­век, если не оши­ба­юсь — нянеч­ки, сест­рич­ки, стар­шие. Это 20 человек.

Сестрички, как и нянеч­ки, были на круг­ло­су­точ­ном дежур­стве «сут­ки через трое»: меря­ли дав­ле­ние и тем­пе­ра­ту­ру, выда­ва­ли таб­лет­ки и все такое про­чее, наблю­да­ли в целом за здо­ро­вьем. Ко мне мед­сест­ры при­хо­ди­ли 3 раза в день, мери­ли дав­ле­ние: оно было повы­шен­ное во вре­мя пре­бы­ва­ния у них, и пер­со­нал при­нял реше­ние, что надо сле­дить за этим. Медсестры мне выда­ва­ли таб­лет­ки, кото­рые я при­вез с собой (они хра­ни­лись у сест­ри­чек). Таблетки были про­пи­са­ны мне моим леча­щим вра­чом по мое­му буке­ту хро­ни­че­ских забо­ле­ва­ний. Не оспа­ри­вая эти назна­че­ния, мне акку­рат­но при­но­си­ли утром, днем и вече­ром по спис­ку все назначенное.

Были отдель­ные люди, кото­рые заве­до­ва­ли мате­ри­аль­ной базой, так ска­зать, и кормлением.

Узкие спе­ци­а­ли­сты не вхо­дят в экс­перт­ную груп­пу, они обсле­ду­ют посто­яль­ца и дают свое заклю­че­ние в экс­перт­ную груп­пу для сум­ми­ро­ва­ния. У меня спе­ци­а­ли­ста­ми были оку­лист, тера­певт, пси­хо­лог, нев­ро­па­то­лог, опе­ра­то­ры и спе­ци­а­ли­сты рент­ге­на, ЭКГ и ЭЦГ.

Наконец, экс­перт­ная груп­па: три пси­хи­ат­ра из тре­тье­го отде­ле­ния, сре­ди них веду­щий док­тор. У меня это была Вера Константиновна.

То есть доста­точ­но боль­шое коли­че­ство наро­да было вовле­че­но в про­ве­де­ние экс­пер­ти­зы (не толь­ко моей) — око­ло 25 чело­век на став­ке в отде­ле­нии, как я пони­маю. И с деся­ток спе­ци­а­ли­стов при­вле­ка­лось из дру­гих подразделений.

Емкость тре­тье­го под­раз­де­ле­ния: 12 муж­ских мест и 10 жен­ских, т.е. 22 чело­ве­ка. А по фак­ту за вре­мя мое­го пре­бы­ва­ния было в раз­ное вре­мя от 4 до 6 чело­век (из них жен­щи­на — одна). А когда я уехал, там оста­лось 2 чело­ве­ка (один муж­чи­на и одна женщина).

Что обя­зан ска­зать про пер­со­нал? — Исключительная доб­ро­же­ла­тель­ность и гигант­ская кон­цен­тра­ция мило­сер­дия. Не могу подо­брать ника­ких дру­гих слов. За послед­ние годы я был в раз­ных боль­ни­цах: 6 раз­ных ста­ци­о­на­ров, в кото­рых мне при­хо­ди­лось лежать. И вот по пока­за­те­лю «доб­ро­же­ла­тель­но­сти и мило­сер­дия» тре­тье отде­ле­ние ЯОПБ в моем рей­тин­ге зани­ма­ет пер­вое место. 

Это отно­сит­ся вот про­сто ко все­му. Например, как с нами обща­лись. Хотя порой надо было нас под­го­нять, что­бы всех собрать быст­ро в сто­ло­вой; коман­до­вать, что­бы посто­яль­цы не нару­ша­ли режим, и надо было дер­жать под кон­тро­лем всех и все вре­мя… Но это все дела­лось настоль­ко мяг­ко и доб­ро­же­ла­тель­но. А ведь посто­яль­цы могут быть доста­точ­но слож­ны­ми, с каки­ми-то тяже­лы­ми жиз­нен­ны­ми обсто­я­тель­ства­ми, с тяже­лым пси­хи­ат­ри­че­ским ста­ту­сом! Тем не менее весь пер­со­нал сохра­ня­ет какие-то уди­ви­тель­ные чело­ве­че­ские свой­ства. Это мое ярчай­шее впе­чат­ле­ние от это­го пери­о­да жиз­ни, от это­го жиз­нен­но­го опы­та — что в таком месте ока­за­лось боль­шое коли­че­ство доб­рых людей, кото­рые отно­сят­ся к ближ­не­му сво­е­му с такой хри­сти­ан­ской любо­вью, доб­ро­той, рас­по­ло­жен­но­стью. От няне­чек через сест­ри­чек к спе­ци­а­ли­стам и закан­чи­вая экс­пер­та­ми — все­гда была пол­ная доб­ро­же­ла­тель­ность, отсут­ствие какой-либо зло­на­ме­рен­но­сти, под­во­хов, все было очень по-чело­ве­че­ски. И к людям, кото­рые со мной рабо­та­ли 12 дней, ко все­му пер­со­на­лу 3-го отде­ле­ния я отно­шусь с огром­ным ува­же­ни­ем и с огром­ной бла­го­дар­но­стью. Где-то они шли мне навстре­чу и поз­во­ля­ли то, в чем, навер­ное, мог­ли бы отка­зать, с точ­ки зре­ния про­сто поряд­ка, уло­же­ния или режи­ма, кото­рые они долж­ны соблю­дать. Я им исклю­чи­тель­но бла­го­да­рен, осо­бен­но за то, что они не ста­ли затя­ги­вать про­цесс и через 12 дней ска­за­ли, что им доста­точ­но всей инфор­ма­ции, что­бы сде­лать заклю­че­ние по судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ской экс­пер­ти­зе, и отпра­ви­ли меня домой. За это им тоже огром­ное спасибо.

6   Итоги

Перед моим раз­ме­ще­ни­ем в это заме­ча­тель­ное учре­жде­ние жур­на­лист зада­вал мне такой вопрос: «Воспринимаю ли я то, что долж­но про­изой­ти, как кара­тель­ную психиатрию?»

На это я ему чест­но отве­тил: «А как я могу оце­нить это? Я пока не знаю! Пока я там не побы­вал, я не могу знать, кара ли это. А может, мне понра­вит­ся? И я посчи­таю это не карой, а награ­дой? Откуда я знаю?»

Так вот теперь уже мож­но под­во­дить ито­ги. И это будет субъ­ек­тив­ная оцен­ка, в пре­лом­ле­нии через мою пер­со­ну. А я очень адап­тив­ный, при­спо­саб­ли­ва­юсь к совер­шен­но раз­но­род­ным усло­ви­ям. Уж если я спал в похо­дах на зем­ле на тон­ком ков­ри­ке-пен­ке, под­ло­жив сви­тер под голо­ву, обхо­дил­ся 10 дней в похо­де четырь­мя веща­ми, то это зна­чит, что я смо­гу адап­ти­ро­вать­ся к доста­точ­но жест­кой кро­ва­ти и пости­рать сам вещи, когда надо. Могу себе пред­ста­вить, что для кого-то это было бы очень неудобно.

Если я пил воду из реки, зачер­пы­вая ее круж­кой, когда плыл на бай­дар­ке, то меня устро­и­ло то, что в отде­ле­нии был на сто­ле чай­ник с остыв­шей про­ки­пя­чен­ной водой из-под кра­на. Я пил эту воду, ниче­го страш­но­го со мной не случилось.

Я непри­тя­за­те­лен в еде. И в тре­тьем отде­ле­нии ЯОПБ ниче­го в тарел­ке нико­гда не остав­лял. Та боль­нич­ная еда была для меня нор­маль­ной едой, а вовсе не карой.

Так как я могу сам себя раз­вле­кать, я нахо­дил себе какие-то заня­тия даже в такой изо­ля­ции, какая там была. У меня была бума­га, руч­ки, я что-то запи­сы­вал, что-то рисо­вал, что-то там себе думал, наха­жи­вал свои 10 000 шагов и т.д., делал каж­дый день спи­раль­ную гим­на­сти­ку. Поэтому даже эту ситу­а­цию с изо­ля­ци­ей и посто­ян­ным над­зо­ром я пере­но­сил спокойно.

Наконец, у меня был аудио­пле­ер с аудио­книж­ка­ми: я объ­яс­нил док­то­рам, что у меня очень пло­хое зре­ние, мне тяже­ло читать бумаж­ные кни­ги, поэто­му я пред­по­чи­таю аудиок­ни­ги. И док­то­ра пошли мне навстре­чу, а мог­ли бы про­сто ска­зать «нет, не поло­же­но». Аудиоплеер выда­ва­ли утром и заби­ра­ли перед сном. Днем, при­мер­но в тече­ние 10 часов, у меня был аудио­пле­ер. Я пере­слу­шал мно­го пове­стей бра­тьев Стругацких, «Театральный роман» М. Булгакова и т.д. Это тоже скра­си­ло мою жизнь в изо­ля­ции под надзором.

Я смог адап­ти­ро­вать­ся настоль­ко, что эта ситу­а­ция не явля­лась для меня карой. Но я могу себе пред­ста­вить, что кому-то дру­го­му это было очень и очень тяжело.

Единственным суще­ствен­ным огра­ни­че­ни­ем для меня было отсут­ствие про­гу­лок на све­жем воз­ду­хе. И это про­сто моя осо­бен­ность. Мне реаль­но эти про­гул­ки необ­хо­ди­мы по меди­цин­ским пока­за­ни­ям. Во вре­мя домаш­не­го аре­ста пер­вые 2 меся­ца про­гул­ки мне были запре­ще­ны. Я мог выхо­дить на крыль­цо и сто­ять или сидеть в полу­мет­ре от откры­той две­ри. Вроде бы как на све­жем воз­ду­хе, но без дви­же­ния, выста­вив ногу с брас­ле­том в сто­ро­ну это­го несчаст­но­го оте­че­ствен­но­го радио­устрой­ства, кото­рое очень каприз­ное. Бывало, что оно теря­ло связь с брас­ле­том, даже если я про­сто нахо­дил­ся в мет­ре от него, оно без вся­ко­го пово­да под­ни­ма­ло тре­во­гу, что кли­ент сбе­жал. И тогда выяс­ни­лось, что без про­гу­лок на све­жем воз­ду­хе у меня зна­чи­тель­но повы­ша­ет­ся дав­ле­ние. И когда в тре­тьем отде­ле­нии дав­ле­ние повы­си­лось, я пояс­нил пер­со­на­лу, что пока не будет про­гу­лок на све­жем воз­ду­хе, мое дав­ле­ние так и будет вре­ме­на­ми серьез­но под­ни­мать­ся выше нор­мы. Пообещал, что не помру, а когда я вер­нусь домой, буду гулять и дав­ле­ние вер­нет­ся к нор­ме. Так оно и про­изо­шло. Так что, отсут­ствие про­гу­лок на све­жем воз­ду­хе — да, это было непри­ят­но. Но что поделать?

Наконец, еще одно обсто­я­тель­ство, кото­рое доста­точ­но тяже­лое — это вопрос: зачем из моей жиз­ни, по сути, вычерк­ну­ли эти 12 дней?

Если про­сто заги­бать паль­цы, что со мной дела­ли и сколь­ко вре­ме­ни на это ушло, то полу­ча­ет­ся, что на рабо­ту со мной потра­че­но мак­си­мум девять часов: по пол­ча­са оку­лист, тера­певт, нев­ро­па­то­лог, опе­ра­то­ры и спе­ци­а­ли­сты рент­ге­на, ЭКГ и ЭЦГ, пару часов пси­хо­лог и не более четы­рех часов экс­перт­ная группа.

Неприятность состо­ит в том, что я поте­рял из сво­ей жиз­ни не девять часов, а 12 дней (хоро­шо, что не 30 — спа­си­бо боль­шое). И за эти 12 дней на мою пер­со­ну потра­че­но какое-то безум­ное коли­че­ство бюд­жет­ных средств. Меня оде­ва­ли. Одежду и постель­ное белье сти­ра­ли. Меня кор­ми­ли вкус­ной и здо­ро­вой пищей: зав­тра­ка­ми, обе­да­ми и ужи­на­ми; дава­ли пол­дни­ки, кефи­ры. Огромное коли­че­ство пер­со­на­ла за бюд­жет­ные день­ги вокруг меня что-то дела­ло: кор­меж­ка, меди­цин­ский уход, круг­ло­су­точ­ный над­зор. Зачем все это? Это какой-то «overkill»!

Опять, это не пре­тен­зии к тре­тье­му отде­ле­нию ЯОПБ, а, ско­рее, вопро­сы к следствию.

Так вот, уло­же­ни­я­ми (см. ссыл­ку на «Российскую газе­ту») преду­смот­ре­но четы­ре фор­мы экспертиз:

а) одно­род­ная амбу­ла­тор­ная судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ская экспертиза;

б) ком­плекс­ная амбу­ла­тор­ная судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ская экспертиза;

в) одно­род­ная ста­ци­о­нар­ная судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ская экспертиза;

г) ком­плекс­ная ста­ци­о­нар­ная судеб­но-пси­хи­ат­ри­че­ская экспертиза.

Как я пони­маю, в моем слу­чае про­ва­лил­ся без резуль­та­та вари­ант «а». Но, мне кажет­ся, мож­но было обой­тись вари­ан­том «б» — я бы пару-трой­ку раз съез­дил в ЯОПБ и за девять часов (в сум­ме) обо­шел бы всех тех самых спе­ци­а­ли­стов и засе­да­ние экс­перт­ной комиссии.

Как я пони­маю, вари­ант «б» отли­ча­ет­ся от вари­ан­та «г» одним — отсут­стви­ем мно­го­су­точ­но­го посто­ян­но­го над­зо­ра. Возможно, этот над­зор тоже дает какую-то инфор­ма­цию экс­пер­там и в каких-то слу­ча­ях он важен. Однако, я не думаю, что круг­ло­су­точ­ный над­зор был важен для комис­сии в моем слу­чае. Ведь было же ясно, что в целом я чело­век вменяемый.

Я могу оши­бать­ся, я не пси­хи­атр, но мне кажет­ся, что это так. И зачем меня было дер­жать вза­пер­ти без про­гу­лок, 12 дней кор­мить-откарм­ли­вать, задей­ство­вать безум­ное коли­че­ство бюд­жет­но­го пер­со­на­ла, что­бы вокруг меня кру­ти­лись и тра­ти­ли бюд­жет Российской Федерации. Уверен, что на меня была потра­че­на сум­ма, крат­но пре­вы­ша­ю­щая то, что мне вме­ня­ет­ся в вину, кото­рую я не при­знаю, есте­ствен­но. Ущерб рос­сий­ско­му бюд­же­ту был колос­саль­ный на мой взгляд, а цель — про­сто ничтожная.

  5.02.2024

, ,