Все материалы

Фильтры
Цена Z-пиара и скорый поезд «правосудия»
Почему Кант и Аристотель в России больше не нужны? Кто превращает философию в идеологию? Зачем судебная система включила режим конвейера для ученых? И как реклама дронов «Алабуги» обернулась крахом для тиктокеров-миллионников? Об этом — в новом выпуске Академгородка НеМосквы с обзором от редактора T-invariant Александа Сергеева.
Эффект Овсянкиной: как русская эмигрантка перенесла гештальтпсихологию в Америку
Она родилась в Чите, пережила революцию и эмиграцию, училась у Курта Левина в Берлине и вошла в историю психологии благодаря знаменитому «эффекту Овсянкиной» — открытию, что люди стремятся завершить прерванные действия, если результат еще не достигнут. Ученица гештальтпсихологов, она преподавала в американских колледжах и на протяжении десятилетий помогала европейским идеям укорениться в прикладной американской науке.  О выдающемся психологе Марии Рикерс-Овсянкиной — в шестом эпизоде подкаста «Создатели».
Спаситель устрицы: как Павел Гальцов поставил моллюсков на научные рельсы
Он начинал с изучения подмосковных озер, а закончил тем, что спас и заново создал всю устричную индустрию США. Уроженец Москвы, участник «русского исхода» 1920 года и многолетний глава лаборатории в Вудс-Хоуле Павел Гальцов превратил устриц из трудоемкого промысла в объект серьезной науки. Его исследования размножения, питания и экологии моллюсков заложили основы биологии двустворчатых и помогли понять роль устриц как естественных фильтров океана. О морском биологе, основателе науки о моллюсках — в пятом эпизоде подкаста «Создатели».
«Пропаганда эффективна потому, что люди мало читают». Издатель Владимир Харитонов — о цензуре, тамиздате 2.0 и жизни внутри абсурда
Владимир Харитонов — один из тех, кто сегодня формирует независимый русскоязычный книжный мир за пределами России. В интервью T-invariant технический директор издательства Freedom Letters и глава издательского проекта Свободного университета рассказал, чем нынешний тамиздат отличается от советского самиздата и почему бумажная книга по-прежнему жива — несмотря на TikTok.
Загрузить ещё