Какие запреты действуют сегодня в преподавании гуманитарных дисциплин в российских университетах? Как они реализуются на практике? Как преподаватели и студенты пытаются эти запреты обходить? Семнадцать интервью, проведенных T-invariant, позволяют сделать предварительный вывод: основную работу по соблюдению новых запретов выполняют не проверяющие, а сами преподаватели. А основным механизмом регуляции в новых условиях стала самоцензура.

Позиции российской математики слабеют, ученые уезжают, международные связи рвутся — но в новой правительственной Концепции развития математических наук до 2036 года все это выглядит почти как природное явление. Исследователей «стало меньше», доступ к мировой науке оказался «ограничен», конкурентное преимущество рискует быть «утрачено». Кто и что ограничил, куда делись ученые и почему Россия теряет влияние, документ почти не объясняет. T-invariant прочитал Концепцию и обнаружил удивительную картину: мировая математика предстает в ней чем-то вроде склада, к которому нужно «обеспечить доступ», — желательно вместе с дополнительным финансированием.

T-Invariant выпускает очередной пресс-релиз «Хроники преследования ученых» № 37 от 30 сентября 2026 года. Правительство РФ утвердило Концепцию развития математических наук до 2036 года. Одной из главных тем, на которую обращает внимание Концепция, является ограничения доступа к международной научно-технической информации. Мы дадим короткий комментарий, как сегодня выглядит доступ к иностранным к журналам, и чем он грозит.  

Олег Заславский почти сорок лет работает в Харьковском национальном университете. Но две статьи, написанные вместе с российским коллегой, оставили ученого без финансирования. Уже десять месяцев Заславский не получает зарплату и не может заявлять новые исследовательские темы. Должна ли во время войны санкционная политика учитывать позицию конкретного человека — или любое взаимодействие с представителем российского учреждения автоматически становится сотрудничеством с РФ?

Норвежская академическая система во многом строится на доверии и минимальном бюрократическом регулировании. Серия последних скандалов показала ее уязвимые места — от российского шпионажа до многочисленных манипуляций в научных работах. Об этом — в новом материале проекта «Плагиат-навигатор».

В российских научных институтах и вузах ведут черные списки сотрудников. T-invariant обнаружил два сценария давления на ученых и преподавателей: их вызывают на беседы сотрудники ФСБ или оставляют без работы, отказываясь продлевать истекающие контракты. 

Русско-американская научная ассоциация RASA решительно осуждает решение российских властей признать нашу коллегу Татьяну Татаринову, замечательного специалиста в области биоинформатики и профессора Университета Ла-Верн, «иностранным агентом».

С началом полномасштабной войны российская наука потеряла ключевые связи с западными университетами и исследовательскими центрами. Однако четыре года санкций не привели к коллапсу. Вместо этого Россия оперативно переориентировалась на Китай, другие страны Азии и Ближний Восток, а Кремль жестко встроил высшую школу в систему военных приоритетов. К таким выводам приходит руководитель T-invariant Ольга Орлова в своем докладе Transformation of Science and Education in Russia under Sanctions 2022–2026, посвященном изменениям в российской академии за последние четыре года.

В чем состоит долг американского профессора перед своей страной, когда демократия и верховенство права находятся под угрозой? Почему право важно изучать не только как ремесло практикующего юриста, но и как гуманитарную науку — наравне с историей или религиоведением? Как споры о смертной казни обнажают глубокие трещины в обществе? Обо всем этом T-invariant поговорил с американским правоведом Остином Саратом.